Антон Вильгоцкий (elhombresombro) wrote,
Антон Вильгоцкий
elhombresombro

Categories:

Фантастический элемент в книгах Айн Рэнд

Данный текст был написан для московского журнала "Мир Фантастики" к 110-летнему юбилею Айн Рэнд, но, ввиду того, что уже второй раз подряд его публикация переносится "на следующий номер" (по опыту предыдущих таких переносов знаю, что это означает "в никуда"), я был вынужден отозвать статью. Публикую в блоге.

Алиса в стране небоскрёбов



В течение уже довольно многих лет в российском фантастическом фэндоме сетуют, что отечественные представители жанра имеют довольно малый объём признания за рубежом, и лишь считанным единицам посчастливилось поиметь неплохие продажи за океаном или в континентальной Европе. Однако немногие пока знают о том, что самые высокие тиражи, соперничающие, разве что, с тиражами Библии имеет в Соединенных Штатах именно автор-фантаст русского происхождения. Более того – это автор-женщина! Имя ей – Алиса Розенбаум, но миру она гораздо больше известна как Айн Рэнд. Эта дама появилась на свет сто десять лет назад.

Впрочем, вспомнив об Айн Рэнд, неуместно было бы говорить только о «происхождении» - поскольку она не просто имела русские корни, а родилась и выросла в Российской Империи, в еврейской семье Розенбаум. Детство и юность Алисы по большей части прошли в Санкт-Петербурге, который она очень любила. Красоту и мистицизм этого города она навсегда сберегла в своем сердце и выразила в следующих словах:
«Города растут как леса, расползаются как сорняки. Но Петроград не рос. Он явился в окончательном совершенстве. Петроград не ведает природы. Это творение человеческих рук. Природе свойственно ошибаться и рисковать, она смешивает цвета и не имеет представления о прямых линиях. Петроград был создан человеком, который знал, чего хотел. Величие Петрограда осталось незапятнанным, а убожество — ничем не смягченным. Его линии, ровные и чёткие, — свидетельство упорного стремления человека к совершенству.
Города растут вместе со своими жителями, борются за первенство среди других городов, медленно поднимаясь по лестнице времени. Петроград не поднимался. Он явился, чтобы стоять на высоте, чтобы повелевать. Еще не был заложен первый камень, а город уже стал столицей. Это монумент силе человеческого духа.
Люди мало знают о человеческом духе. Они — всего лишь родовое понятие, часть природы. Человек же — это слово, у которого нет множественного числа. Петроград был создан не людьми, но человеком. О нем не сложено ни легенд, ни сказок; он не воспевается в фольклоре; он не прославляется в безымянных песнях на бесчисленных дорогах России. Этот город стоит особняком, надменный, пугающий, неприступный. Через его гранитные ворота не проходил ни один паломник. Эти ворота никогда не распахивались навстречу кротким, убогим и уродливым, как ворота гостеприимной Москвы. Петрограду не нужна душа, у него есть разум.
И может быть, это не просто совпадение, что в русском языке о Москве говорят «она», а о Петрограде — «он».
И может быть, это не просто совпадение, что те, кто от имени народа захватил власть, перенесли свою столицу из холодного и надменного города-аристократа в добрую и смиренную Москву».
Уже в этих строках можно заметить, что Айн Рэнд как писатель мыслила шире, нежели это обычно свойственно авторам-реалистам. Наделение города разумом – элемент, который впоследствии станет одним из расхожих приёмов как в научной фантастике, так и в фэнтези.
Но революция изменила этот великий город. Годы спустя Алиса опишет в своей прозе также и горькое разочарование, сопутствовавшее возвращению её семьи в Петроград: «В их новом доме не было парадного входа. Не было электрических коммуникаций. Водопровод был сломан, и им приходилось таскать воду в ведрах с нижнего этажа». Пленительная роскошь и высокая культура прежней жизни растворились в пелене дней. Вместо серебряных ложек с монограммами приходилось пользоваться оловянными. Когда приходили гости, хозяйки могли предложить им только такие сомнительные угощения, как печенье из картофельной кожуры и чай с сахариновыми таблетками вместо сахара. То, что мы, обитатели уютных квартир, обладатели мягких кожаных кресел и скоростной связи, охватывающей весь мир, называем «кафкианской антиутопией», Айн Рэнд прекрасно прочувствовала на собственной шкуре.
Именно там, в Петербурге, ставшем к тому моменту уже Петроградом, будущая королева американских политизированных салонов впервые соприкоснулась с жанром фантастики. Сначала, конечно же, в сказочной форме, а позднее – стала читать и более серьёзную литературу. В личности Джона Голта, центрального персонажа ее знаменитого романа «Атлант расправил плечи», можно увидеть отсылки к древнегреческой мифологии и легендам артурианского цикла. Есть в Голте и что-то от капитана Немо – героя романа Жюля Верна «Десять тысяч лье под водой» - который также решил повернуться спиной к цивилизации и отправился в добровольное изгнание, окружив себя группой верных сторонников, которые, как и он, не желали принимать участие в жизни общества, бывшего для них жестоким и деспотичным.

Среди созданных Айн Рэнд произведений ближе всего к канону «чистой фантастики», так называемой «твёрдой НФ», как сказали бы убеждённые пуристы, стоит, конечно же, повесть «Гимн» (некоторые, впрочем, склонны считать её еще одним романом). Эта история описывает примитивный мир, в котором слово «Я» было стёрто из сознания каждого человека, чтобы быть заменённым на коллективное «Мы». Ее герои, как мантру, заучивают следующие лозунги: «Мы – ничто. Человечество – всё. По милости наших братьев даны нам наши жизни. Мы существуем благодаря нашим братьям и только для них». После того, как главный герой, которого зовут Равенство 7-2521, влюбляется в женщину по имени Свобода 5-3000 (что является актом индивидуального выбора и, по законам этого общества, карается смертью), он начинает одну за другой открывать тайны мира, в котором живет – ключ к электрической энергии, забытое искусство «Незапамятных Времён», а также – значение слова «Я».
Как нетрудно догадаться, эта повесть описывает квинтэссенцию логики тоталитаризма: абсолютный конформизм во имя абсолютного контроля. Создавая это произведение, Рэнд ставила перед собой цель продемонстрировать, что подвергшиеся массированному промыванию мозгов государственные рабы не способны к технологическим достижениям (к этой теме она впоследствии еще вернётся), и что только независимые личности способны любить.
Интересен выбор повторного открытия электроэнергии в качестве одной из центральных тем. В Библии Бог повелевает: «Да будет свет!». Когда Томас Эдисон изобрел электрическую лампочку, свет оказался в человеческих руках. Известный американский историк-русист Бернис Розенталь считал, что электричество в некотором смысле сделало людей подобными Богу. Однако в России времен детства Айн Рэнд электричество было довольно спорным предметом. Многие люди осуждали внедрение электроэнергии, другие, напротив, возвеличивали это явление. И те и другие, отмечал Розенталь, делали это как раз по той причине, что «свет принадлежит Господу». Чтобы подчеркнуть связь между Богом и самостоятельной личностью, Рэнд сделала описанное в романе примитивное общество весьма скудно осведомленным о сущности «Непроизносимого Слова». В еврейской традиции таким словом является имя Бога – Яхве – а в повести «Гимн» это слово «Я».
Стоит отметить также тот факт, что на момент, когда Равенство 7-2521 и Свобода 5-3000 совершают побег из отвергающего их замкнутого тоталитарного общества и нарекают себя, соответственно, Прометеем и Геей, главный герой находится в возрасте двадцати одного года. Столько же лет было самой Рэнд, когда она покинула Россию. Известно, что идея «Гимна» появилась у неё ещё в университетские годы – произведение должно было стать пьесой в четырех актах. Литературные критики склонны считать, что, как и знаменитые романы-антиутопии «О, дивный новый мир!» Олдоса Хаксли и «1984» Джорджа Оруэлла, повесть «Гимн» проникнута сильным влиянием малоизвестного антиутопического романа «Мы», написанного в 1920-м году в Санкт-Петербурге русским писателем Евгением Замятиным. Это произведение, повествующее о жизни гражданина Д-503 и его вынужденном выборе между любовью к женщине и верностью к всемогущему «Единому Государству», было выстроено в виде серии дневниковых записей – как и «Гимн». Оно было запрещено советской цензурой, но, благодаря самиздату, стало широко известно в богемных кругах Петрограда. Можно с большой долей уверенности сказать, что Рэнд была знакома с этим произведением, благодаря многочисленным связям своей семьи в этих кругах. В «Гимне» можно также найти отголоски романа Герберта Уэллса «Машина времени», который был очень популярен в России на стыке веков, и рассказа Стивена Винсента Бене «Место богов», который Рэнд прочитала летом 37-го в журнале Saturday Evening Post. Это был первый раз, когда она увидела научно-фантастическую историю в мейнстримовом американском издании, не говоря уже о том, что это был широко известный и уважаемый консервативный журнал, который платил своим авторам исключительно хорошо. Она написала «Гимн» за три недели, надеясь продать повесть именно в Post.
Чаще всего «Гимн» сравнивают с оруэлловским «1984», герой которого, Уинстон Смит, также пытается понять, каким был потерянный мир прошлого, предшествовавшего тоталитарной эре. Но, в отличие от Равенства 7-2521, Смит был пойман и под пытками отрёкся от своих идеалов. Поклонники Рэнд отмечают ещё одно отличие. Хоть Оруэлл и ненавидел тоталитаризм, его роман рассматривает эту систему как вполне применимую на практике. Океания описывается как донельзя индустриализированное общество, использующее настолько продвинутые технологии, что рядовые граждане ничего не могут этому противопоставить. Но Рэнд – раньше, чем многие другие – приходит к выводу, что тоталитаризм на самом деле не может привести к эффективным результатам и высоким достижениям, поскольку для развития экономики необходимо независимое мышление, а общественный прогресс невозможен в атмосфере запугивания, принуждения и отсутствия индивидуально заработанных поощрений. Она считала тоталитаризм аморальным и бесполезным на практике. Это видение оказалось пророческим – по меньшей мере, в случае бывшего Советского Союза и некоторых других стран социалистического лагеря. Когда в 1991-м Союз распался, западное сообщество было очень удивлено узнать, что его пугающая военная и индустриальная мощь являлась на деле глиняными ногами колосса. За все семьдесят пять лет правления коммунистов технический и экономический прогресс страны никогда не был столь грандиозным, насколько это декларировалось.

Самая знаменитая книга Рэнд, роман «Атлант расправил плечи», никогда не позиционировалась как фантастическое произведение, но формально, по существу, таковым является. Технологический прогресс, прорывные свершения человеческого разума, сам сюжет произведения, являющий собой не что иное, как альтернативную историю — все это позволяет ряду исследователей причислить «Атланта» к жанру научной фантастики.
В основе повествования здесь – падение западной цивилизации, вызванное её чрезмерной склонностью к социализму. Пытаясь накормить голодных и приютить обездоленных, правительство отщипывает все большие куски от доходов и имущества состоятельных граждан – и в результате никто не получает достаточно. Экономика страны трещит по швам и вот-вот рухнет. Возмущенные таким положением дел представители элиты пытаются противостоять нарастающему социальному хаосу.
В начале романа его главная героиня, Дэгни Таггарт, являющаяся вице-президентом основанной её дедом железнодорожной компании Taggart Transcontinental, пытается сохранить семейный бизнес на плаву, противостоя коллективизму и давлению государства. Её брат – президент компании Джеймс Таггарт – в курсе проблем фирмы, но склонен принимать иррациональные решения – например, покупать сталь не у новатора Хэнка Реардена, а у компании «Объединенная сталь» Уоррена Бойля, несмотря на то, что последний регулярно задерживает жизненно важные поставки. Дэгни продолжает проводить в жизнь свою собственную политику, но оказывается очень разочарованной, обнаружив, что ее школьный друг и первая любовь, Франциско Д’Анкония, без всякой видимой причины разрушил принадлежащую его семье компанию по добыче меди.
Стальной магнат Хэнк Реарден разработал сверхстойкий сплав, названный «металлом Реардена», но сохраняет в секрете его состав, что вызывает зависть и ревность конкурентов. Давление обстоятельств вынуждает Дэгни использовать обычную сталь – но она отказывается делать это. Карьере Хэнка тем временем препятствует то, что промышленник чувствует себя обязанным перед своей женой, матерью и младшим братом. Дэгни также знакомится с Уэсли Моучем – вашингтонским лоббистом, изначально работавшим на Реардена, которого он впоследствии предал.
Чуть позже Дэгни замечает, что наиболее талантливые и влиятельные американские бизнесмены и руководители производств начинают загадочным образом исчезать, оставляя свои компании на произвол судьбы. Самым недавним случаем такого рода стало исчезновение Эллиса Уайетта – крупного нефтепромышленника, который пропадает, оставив самое успешное из своих месторождений извергать в небо нефть и огонь (это место впоследствии было названо «Факелом Уайетта»). В то время, как экономические условия ухудшаются, люди начинают повторять фразу «Кто такой Джон Голт?» в ответ на вопросы, на которые у них нет ответов. Это саркастически означает «Не задавайте важных вопросов, потому что мы не можем на них ответить», или, в более широком понимании, «А в чем проблема?» или «Зачем беспокоиться?».
Продемонстрировав надёжность сплава Реардена на железнодорожной линии, названной в честь Джона Голта, Хэнк Реарден и Дэгни Таггарт становятся любовниками. Позднее они находят среди развалин заброшенной фабрики не до конца собранный двигатель, который способен превращать атмосферное статическое электричество в кинетическую энергию. Дэгни и Хэнк начинают поиски изобретателя этого мотора. Эти поиски, в конце концов, помогают им приоткрыть завесу тайны над исчезновениями талантливых бизнесменов и крупных промышленников. Дэгни преследует самолет, на котором талантливый инженер Квентин Дэниэлс движется к так называемому «Ущелью Голта» - месту, где тот самый таинственный персонаж по имени Джон Голт возглавляет организованную им «забастовку» бизнес-лидеров против правительства. В этом ущелье оказывается и Дэгни Таггарт.
Не желая бросать свою железную дорогу, она покидает «Ущелье Голта», но Голт следует за ней в Нью-Йорк, где он взламывает эфир национального радиовещания, чтобы передать миру масштабное послание (в первом издании книги оно занимало семьдесят страниц), в которых объясняются центральная тема романа и философия объективизма. В финале Голт объявляет, что он и его соратники намерены кардинально реорганизовать существующее мироустройство.


Мотор Джона Голта является одним из трёх изобретений, которые продвигают вперед действие романа «Атлант расправил плечи», второй такой вещью является сплав Реардена, а третьей — правительственное звуковое оружие, «Проект Икс». Также в книге фигурируют такие технологические новшества, как «рефракторные лучи» (которые используются для того, чтобы замаскировать тайное убежище сбежавших от мира лучших умов человечества — «Ущелье Голта»), и дверные замки, активируемые голосом (на электростанции «Ущелья») и ладонью (в нью-йоркской лаборатории Голта). В случае если такой замок будет взломан, содержимое лаборатории превратится в прах.

Джефф Риггенбах, американский критик и писатель


В личности Джона Голта, центрального персонажа знаменитого романа, можно также увидеть отсылки к древнегреческой мифологии и легендам артурианского цикла. Есть в Голте и что-то от капитана Немо — героя романа Жюля Верна «Десять тысяч лье под водой»: тот ведь также решил повернуться спиной к цивилизации и отправился в добровольное изгнание, окружив себя группой верных сторонников, которые, как и он, не желали принимать участие в жизни общества, бывшего для них жестоким и деспотичным.


Общее послание Рэнд в отношении науки кажется очевидным: роль науки в человеческой жизни состоит в том, чтобы дать человеку знания, на основе которых может быть реализован технологический прогресс, целью которого является улучшение человеческой жизни. Но наука может надлежащим образом исполнить эту роль только в таком обществе, где людям представлена свобода вести свой бизнес так, как они сами считают нужным.


Джефф Риггенбах



Несмотря на то, что сама Айн Рэнд никогда не стремилась сделать карьеру в фантастической литературе, и довольно мало кто ныне рассматривает её творчестве в этом ракурсе, формально два из наиболее известных произведений писательницы, по сей день входящие в американский топ бестселлеров всех времен, всё-таки относятся именно к этому жанру. Что позволяет нам безапелляционно утверждать — самые высокие тиражи в мире имеет всё же русская фантастика!

Подробности жизни писательницы можно узнать из книги «Кто такая Айн Рэнд». Вот список магазинов, в которых можно её приобрести:


Магазин 1

Магазин 2

Магазин 3

Магазин 4

Магазин 5

Магазин 6

Магазин 7

Магазин 8

Магазин 9

Магазин 10

Вступить в сообщество
Tags: Айн Рэнд, литература, научная фантастика, фантастика
Subscribe
promo elhombresombro october 14, 2014 17:33
Buy for 50 tokens
Если вы хотите, чтобы о ваших товарах или услугах мгновенно узнавали тысячи людей - обращайтесь ко мне. Более 10 лет работая в медиа-сфере, я отточил мастерство создания рекламных текстов до такой степени, что если людям не сказать, что они видят перед собой рекламу, то они ни за что не догадаются…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments